БУЛАТ БОЛОТ (salatau) wrote,
БУЛАТ БОЛОТ
salatau

Карельские зарисовки

География - наука загадочная. До сих пор вектор моих путешествий как-то колебался в диапазоне юго-запад – юго-восток, что выработало определенные ожидания впечатлений. С поворотом стрелки на север, меняется не только перечень станций, проплывающих за окнами поезда, сама физика приключений становится немного другой. Угловая скорость вращения Земли одинакова для всех широт, а вот линейная уменьшается пропорционально расстоянию до оси вращения – чем ближе к полюсу, тем она меньше. Тем неторопливее и размереннее смена времён года, спокойнее и задумчивее пейзажи, ленивее мысли. Север не дает такого концентрированного букета экзотики как белоснежные хребты Кавказа или тропическая растительность черноморских побережий. Север поначалу разочаровывает. Он не набрасывается на вас как темпераментный торговец ракушками, он как чукотский охотник сидит с трубкой покачиваясь в такт какому то внутреннему ритму, и если вы не подойдёте сами и не попросите рассказать что-нибудь, он и не взглянет в вашу сторону. Юг торопится жить, его история пестра и стремительна. Север тихо плывет сквозь время, его события растянуты в веках. Юг полон радостного и трагического бурления - в поту, крови и секреции зарождаются и умирают всё новые полчища людей и бактерий. Север чист и прозрачен до звона – и также холоден и созерцателен. Юг делает раньше, чем думает, север думает о чем-то постоянно, и, зачастую, не делает вовсе. Поэтому и воспринимаются они по разному, но, не только по этому. Есть ещё одно - Юг для нас – интересное, экзотическое ЧУЖОЕ. Север – забытое СВОЁ. Выплывая из глубин атавистической памяти, он задевает какие-то неизвестные струны души, и так и не даёт осознать - какие именно. Это не чувство возвращения домой - скорее мы заходим в дом, который наши родители покинули ещё до нашего рождения. Здесь нет ничего от нас, но зато в нас сидит что-то отсюда. Это ощущение настолько мимолётно, что открывается даже не в первый день, а только после достаточно основательного погружения в своеобразную энергетику Края. Наверное, если бы мы ехали на машине или сплавлялись по реке на катамаране, т.е. имели возможность постоянного общения, оно вообще могло ускользнуть от нас. Но велопоход в этом плане – явление уникальное – он как бы сливает в одно целое командность и одиночество - будучи растянутыми в движении вдоль трассы участники предоставлены своим мыслям, лишь изредка останавливаясь или догоняя друг друга чтобы поделиться впечатлениями. Основную часть времени Край поглощает их, включая в свой невидимый информационно-чувственный метаболизм. «Цахелло» - связь. В данном случае беспроводная. Поэтому и спешить на Севере не стоит. «В Карелии скорость - не главное» - это замечание питерской девушки Татьяны (Terra) можно считать и девизом нашего путешествия. Ну, поехали потихонечку.



Дороги, которые мы выбираем.

Где же найти такой край? Конечно, на севере, в Архангельской или Олонецкой губерниях – ближайших от Петербурга местах, не тронутых цивилизацией. … Широкая дорога между непрерывными стенами угрюмого северного леса. То и дело вздрагивает повозка, наскакивая на разбросанные повсюду камни-валуны, или шипит по желтоватому крупно-зернистому песку с мелкими гальками. А из за деревьев сверкает чистая вода лесных озёр.
М. Пришвин, «В краю непуганых птиц»


Отправной точкой активной фазы путешествия стал городок Лодейное поле в Ленинградской области.




Город возник при Петре как посёлок кораблестроителей, зарождавших отечественный флот – знаменитая Олонецкая верфь. Корабельный лес вокруг, широкая река Свирь, по которой выходят Ладогу – не далеко и не близко от шведа. Какой был флот! Последнее слово европейского кораблестроения, голландские и английские мастера! Как развевались вымпелы, как надувались паруса! Флот – гордость империи, флот - бутафория. Уже через 5-6 лет от него мало что осталось – только первенец и флагман – фрегат «Штандарт» протянул 16 лет, и то, благодаря постоянному уходу и отношению не как к боевому кораблю, а как к символу. Спешка при строительстве, недосушенный лес, необученные европейской технологии строители, непредусмотренные этими самыми технологиями условия эксплуатации… Север, замерзающие водоёмы… Англичане и голландцы почти не имели с ними дела. А поморы имели. Но Петр Алексеевич больше доверял англичанам. Поэтому вместо поморского коча, способного дрейфовать во льдах, в основу русского флота легли модели кораблей, предназначенные для плаваний в Индийском океане… В итоге исход битвы при Гангуте решили галеры, а хваленые голландские фрегаты остались в массовке.
Впрочем, олонецкие мастера автоВАЗу не уподобились, и все ошибки были в будущем учтены. Через сто лет, построенный здесь шлюп «Мирный» в составе русской Антарктической экспедиции 16 января 1820 г. принес Андреевский флаг в Китовую бухту Шестого материка. В сумасшедших штормах у мыса Горн «Мирный» ни разу не потерял флагмана («Восток»), ни одна течь в трюме не увеличилась; айсберги и ледяное крошево были пройдены без повреждений. Олонецкая сборка! Англичане в своё время бросили попытки обнаружить Антарктиду после неудачи самого Джеймса Кука, но русские в 19 веке уже не так фанатели от англичан…
В 1941-44 гг. город выдержал 1000 дневную осаду, отстояв «Дорогу жизни» для Ленинграда. Три года Свирь была рубежом обороны, который так и не был пройден, даже в воздухе над ней витает что-то пограничное. Река медленно переносит воду из Онежского озера в Ладожское, разделяет землю на тот Край куда мы едем, и всё остальное. И мы переходим её, начиная своё путешествие.




Пересекаем по импозантному железному мосту, несущему одну железнодорожную ветку и две полосы асфальта, уложенного прямо на металлические листы. Разумеется, он там не держится – железо разогревается солнцем и проходящим транспортом, асфальт сползает с него как блин со сковородки, собираясь в комки. Ехать довольно скользко, и тесно, встречный лесовоз морально подавляет. А река впечатляет – лес по её берегам строен и дремуч, течение воды неторопливое и спокойное – ощущение дикости и бессилия времени. Вся суета, от которой бежит измученный житель южного торгового города, остается на левом берегу. На правом встречает Край.


Встречает он лёгкостью – необъяснимой и не сразу осознаваемой. Легко ехать, легко дышать, кислород слегка обжигает, отсутствие привычных на юге подъёмов оставляет без ожидаемой нагрузки, редкий автотрафик как бонус. Две полосы, лес справа, лес слева, и так больше тысячи километров до Мурманска. Страна Озёр приближается – первый её форпост – вот он, блестит между деревьями. Время завтрака, озеро манит прохладой.




Первый сюрприз – цвет воды – не синий, не зелёный, а красный, как легкий отвар шиповника. Вокруг болота, торф, вода богата железом. Камыша нет, лес подходит прямо к берегу, зелёные кочки на котором пружинят как хороший матрас. Вода прозрачна, дно песчанно – под ногами крутятся полосатые окуни. Сказка, ёлкин хвост! Если бы ещё не гадили двуногие. Найти место без мусора – удача, здесь, видимо частенько останавливается путешествующий народ – близость трассы и плюс и минус… Вода стоячая, надо кипятить, для питья будем набирать колодезную
Уже после завтрака прошло невесть сколько времени, превращенного шестью ногами в кинетическую энергию, когда поперёк дороги всплывает синий транспарант, означающий въезд в интересующий нас субъект Федерации. Вечно этот официоз опаздывает – для нас Карелия началась уже от Свири… Так и есть, ни трасса, ни лес не изменились.




Идея свернуть перед Олонцом на Обжу была продиктована желанием не только устроить первую ночёвку на берегу Ладоги, но и зацепить кусочек неофициальной Карелии в стороне от большой дороги. На трассе ты как бы рядом с лесом, а тут – прямо в лесу, деревья обступают со всех сторон, превращаясь из темно зелёной массы в совокупность ревнивых к вниманию индивидуальностей. Дорога бежит через Мегрегу – «барсучья река» у вепсов, и Сармяги (не знаю перевода) – маленькие посёлки, являющие собой образец типичной российской глубинки – бревенчатые некрашеные дома, колодцы, деревянные мосты через небольшие речки.




Дома без фундаментов – то ли на сваях, то ли просто на подставках – в общем, под полом гуляет ветер. Местность болотистая – зарываться в землю смысла нет, да и пол не гниёт. На общем серо-зеленом фоне яркими пятнами выделяются почти в каждом дворе то детская горка, то надувной бассейн, то велосипед, и это спасает от впечатления упадка и заброшенности. Пока детей рожают – жизнь не заканчивается… В Мегреге набираем воду в роднике около самой реки – она холодная и чистая как небо…




Здесь асфальт заканчивается, дальше к Ладоге ведет широкий грейдер. По причине субботы движение интенсивное – народ автомобильными толпами валит на озеро. Если описать движение по грейдеру на велосипеде в нескольких словах, то все эти слова будут матерными. Грейдер предоставляет вам все минусы асфальта и грунтовки при отсутствии их плюсов. Неровно как на грунте (даже неровнее!), машины носятся как по асфальту. Придорожные кусты в пыли, велики в пыли, морда в пыли. Малина у дороги – сволочь, в пыли. Под проезжающими машинами покрытие ещё и вибрирует– дорога проложена по болоту, сначала ряд брёвен, уложенных плотненько поперёк, только затем насыпь. Бревна и задают амплитуду стиральной доски, она слишком широкая для нашей скорости – вилка её не проглатывает, и мы скачем эдакой велотрусцой как три мушкетёра за подвесками, потому как своей подвески уже не хватает, чтобы спасти натертую задницу. Где-то в процессе этой лунной скачки Dionis потерял новенькую запасную покрышку, опрометчиво привязанную к рюкзаку – подарок будущим велопокорителям Карелии.




На очередном повороте обнаруживаем двух вооружённых мужиков, оказавшихся лесниками, охраняющими поворот в заказник от многочисленных автотуристов. Мужики интересуются нашими планами насчёт костра и алкоголя, рассказывают о прошлых пожарах, чувствуется, что озабоченность их не формальная – небось в своё время набегались по лесам с лопатой. Наши рассказы о чае, газовой горелке и утренней зарядке им явно по душе, самое время спросить дорогу к Ладоге. Советуют срезать через лес, говорят недалеко, а главное – там нормальная грунтовка, ельник и никаких машин…




Шум воды слышится ещё на подъезде, затем сквозь сосны начинают проскакивать солнечные зайчики, пляшущие на волнах, колёса вязнут в песке и … Какое же это озеро? Это море!




Песчаный пляж, уходящий в обе стороны, мерный красноватый прибой, ровный чистый горизонт без намека на какой либо противоположный берег и протяжное кряканье чаек. Вода тёплая и прозрачная, воздух такой, что его можно накачивать в баллоны и продавать в Московских супермаркетах. Курорт как есть, и всё это счастье ни с кем не надо делить - люди где-то вдалеке ненавязчивой кучкой – вот она, мечта романтика, измученного Адлерскими пляжами.




Первый день, 85 км и категорическое желание что-нибудь сожрать, не принимающее никаких доводов этикета. Вода из Ладоги годится для готовки, пить её сырой, несмотря на уверения лесников, мы не рискнули.




Сидеть на берегу с кружкой чая и слушать прибой – достойная награда за две ночи на плацкартной боковушке среди потных простыней, храпящих пассажиров и женщин, боящихся сквозняков, за скачки по ухабам и столбы пыли от проезжающих машин. Море-озеро приняло наши многострадальные туловища с нежностью и терпением, остудило, смыло всё лишнее, успокоило мысли и настроило на созерцание. Проводить солнце, и отправиться спать в палатку на мягком песке…


Вот только что-то солнце уходить не торопится… Бочком-бочком крадется вдоль воды – будто норовит остаться с нами на ночь, наконец, скрывается не за горизонтом, а где-то за углом. Ну да, север и белая ночь - сумерки, застрявшие во времени, неоконченный день, многоточие…
VIA





Истинный рай.
Моя любовь к Карелии - заочна.

С прекрасной песни Колкера в исполнении его супруги Пахоменко.

Но в клипе ниже поют мужyки какие-то непонятные, и играют на аккордеоне. И поют и играют прекрасно. И виды прекрасные:



Тем более что что моя заброшенная всеми Родина Ухтубуж по климату и красоте пейзажей - та же Карелия.
Tags: musicsvideo, карелия, ухтубуж, чухлома
Subscribe

Posts from This Journal “ухтубуж” Tag

promo salatau july 28, 2013 18:33 10
Buy for 20 tokens
"...Растрэллы ещё будут. Есть кого. Есть кому..." А шо: не?... Русского хлебом не корми, а дай збежать на Запад, хоть там пожить спокойно, без революций и пятилеток, и прочего вставания с колен... Там русскому как-то поспокойнее, он чувствует себя человеком, даже если он чужой и многое потерял.…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments